Опасная игра — Конфликт США и Ирана может обостриться до того, как в дело вмешается дипломатия - «Армия»

Добавлено 12-окт-2019, 08:44 От Викторина

Напряженность, вероятно, начала расти в мае 2018 года, когда США объявили о своем выходе из иранской ядерной сделки 2015 года и восстановили санкции. С тех пор США неоднократно усиливали свои санкции в рамках стратегии «максимального давления», которая сократила коммерческие сделки Ирана с остальным миром, снизила доходы от нефти, стимулировала девальвацию валюты и привела экономику к рецессии.
Поскольку у Ирана нет возможности отвечать США тем же, ему пришлось проявить творческий подход. Для начала, это оказало давление на европейских союзников Америки — включая Францию, Германию и Великобританию, а также на Европейский Союз в целом — утверждая, что они должны вмешаться, чтобы обеспечить выгоды, которые они должны были получить в рамках Совместного комплексного плана действий.
В то же время Иран пересмотрел степень соблюдения ряда своих обязательств по JCPOA, например, превысил согласованные пределы для ядерного обогащения и возобновил исследования на современных центрифугах. В то время как администрация президента США Дональда Трампа, кажется, не в состоянии понять опасность, которую это представляет. ЕС понимает.
Более того, Иран использует асимметричную войну в Персидском заливе и на Аравийском полуострове. В последние месяцы он захватил несколько иностранных нефтяных танкеров, а также сбил военный беспилотник США по наблюдению за Ормузским проливом — жизненно важным морским переулком для поставок нефти — и, похоже, несет ответственность за серию диверсий на соседних судах. Атаки поддерживаемых Ираном мятежников хути в Саудовской Аравии также были приписаны Ирану.
То, можно ли эти эпизоды прямо или косвенно приписать Ирану, в значительной степени не имеет значения. Важно то, что они согласуются с заявлением президента Хасана Рухани от 2018 года о том, что если Ирану будет запрещено продавать свою нефть, «нефть из Персидского залива не будет экспортироваться».
До сих пор Ирану удалось превратить асимметрию абсолютной власти в тактическое преимущество. Да, в США есть превосходные военные. Но Трамп не хочет вести США к еще одной войне на Ближнем Востоке, особенно к той, которая не потребовала бы от него развертывания десятков тысяч американских солдат.
Более того, в то время как санкции США нанесли серьезный ущерб Ирану, для дальнейших мер мало возможностей. Разыгрывая такую сильную карту, администрация Трампа вполне могла утратить ее навсегда, разрушив свои собственные рычаги и критический стимул для Ирана выполнить свои обязательства по JCPOA. Нейтрализуя угрозу «санкционирования» санкций, включенную в ядерную сделку, США повысили риск нарушений со стороны Ирана, которые приближают его к разработке ядерного оружия.
Тем не менее позиция Ирана не особенно сильна. Подобно тому как США исчерпали потенциал санкций, Иран, возможно, истощил терпение Америки к ее асимметричной тактике. Сразу после нападения на саудовские нефтяные объекты Дональд Трамп намекнул на военные действия. Еще одна не атрибутированная атака такого рода — не говоря уже о чем-то большем или приводящая к американским жертвам — может оказаться слишком большим мостом.
Когда США и Иран разыграют все свои карты в текущей игре, вероятно, начнется более опасная интрига. Это не обязательно должно означать открытую кинетическую войну. Но третьи стороны, такие как Саудовская Аравия и Израиль, могут начать собственные асимметричные атаки, а сами США могут перейти к асимметричной войне. Все эти актеры играли в эту игру раньше, хотя и не в большом масштабе.
Признавая опасность продолжения асимметричной эскалации, европейские подписанты СВПД и региональные субъекты, такие как Объединенные Арабские Эмираты, предложили шаги для разрядки конфликта. Это в первую очередь прямые переговоры между Ираном и США, которые европейцы, похоже, стараются облегчить.
В этом процессе Европе было бы хорошо игнорировать шумиху по поводу встречи президентов двух стран. Подходят другие высокопоставленные чиновники, и они могут встречаться в различных двусторонних или многосторонних рамках.
Остальные подписанты JCPOA — Китай, Франция, Германия, Россия, Великобритания и ЕС — хотят спасти хоть что-то от соглашения 2015 года, как показала встреча в Вене на эту тему в июле. Но дипломатическое урегулирование напряженности между Ираном и США также потребует участия соседей Ирана.
Другие идеи для ослабления напряженности также на столе. Например, президент Франции Эммануэль Maкрон уже предложил кредитную линию в размере $15 млрд Ирану, который помог бы компенсировать выпадающие доходы от нефти. Были также предложены различные планы переговоров по региональной безопасности.
Такие усилия дают основания для надежды. Но ситуация становится все более ненадежной, и она может стать намного хуже — потенциально привести к прямой конфронтации между США и Ираном прежде, чем дипломатия сможет что-либо сделать.

•••

Следователь-маньяк стал героем видеоблога

Напряженность, вероятно, начала расти в мае 2018 года, когда США объявили о своем выходе из иранской ядерной сделки 2015 года и восстановили санкции. С тех пор США неоднократно усиливали свои санкции в рамках стратегии «максимального давления», которая сократила коммерческие сделки Ирана с остальным миром, снизила доходы от нефти, стимулировала девальвацию валюты и привела экономику к рецессии. Поскольку у Ирана нет возможности отвечать США тем же, ему пришлось проявить творческий подход. Для начала, это оказало давление на европейских союзников Америки — включая Францию, Германию и Великобританию, а также на Европейский Союз в целом — утверждая, что они должны вмешаться, чтобы обеспечить выгоды, которые они должны были получить в рамках Совместного комплексного плана действий. В то же время Иран пересмотрел степень соблюдения ряда своих обязательств по JCPOA, например, превысил согласованные пределы для ядерного обогащения и возобновил исследования на современных центрифугах. В то время как администрация президента США Дональда Трампа, кажется, не в состоянии понять опасность, которую это представляет. ЕС понимает. Более того, Иран использует асимметричную войну в Персидском заливе и на Аравийском полуострове. В последние месяцы он захватил несколько иностранных нефтяных танкеров, а также сбил военный беспилотник США по наблюдению за Ормузским проливом — жизненно важным морским переулком для поставок нефти — и, похоже, несет ответственность за серию диверсий на соседних судах. Атаки поддерживаемых Ираном мятежников хути в Саудовской Аравии также были приписаны Ирану. То, можно ли эти эпизоды прямо или косвенно приписать Ирану, в значительной степени не имеет значения. Важно то, что они согласуются с заявлением президента Хасана Рухани от 2018 года о том, что если Ирану будет запрещено продавать свою нефть, «нефть из Персидского залива не будет экспортироваться». До сих пор Ирану удалось превратить асимметрию абсолютной власти в тактическое преимущество. Да, в США есть превосходные военные. Но Трамп не хочет вести США к еще одной войне на Ближнем Востоке, особенно к той, которая не потребовала бы от него развертывания десятков тысяч американских солдат. Более того, в то время как санкции США нанесли серьезный ущерб Ирану, для дальнейших мер мало возможностей. Разыгрывая такую сильную карту, администрация Трампа вполне могла утратить ее навсегда, разрушив свои собственные рычаги и критический стимул для Ирана выполнить свои обязательства по JCPOA. Нейтрализуя угрозу «санкционирования» санкций, включенную в ядерную сделку, США повысили риск нарушений со стороны Ирана, которые приближают его к разработке ядерного оружия. Тем не менее позиция Ирана не особенно сильна. Подобно тому как США исчерпали потенциал санкций, Иран, возможно, истощил терпение Америки к ее асимметричной тактике. Сразу после нападения на саудовские нефтяные объекты Дональд Трамп намекнул на военные действия. Еще одна не атрибутированная атака такого рода — не говоря уже о чем-то большем или приводящая к американским жертвам — может оказаться слишком большим мостом. Когда США и Иран разыграют все свои карты в текущей игре, вероятно, начнется более опасная интрига. Это не обязательно должно означать открытую кинетическую войну. Но третьи стороны, такие как Саудовская Аравия и Израиль, могут начать собственные асимметричные атаки, а сами США могут перейти к асимметричной войне. Все эти актеры играли в эту игру раньше, хотя и не в большом масштабе. Признавая опасность продолжения асимметричной эскалации, европейские подписанты СВПД и региональные субъекты, такие как Объединенные Арабские Эмираты, предложили шаги для разрядки конфликта. Это в первую очередь прямые переговоры между Ираном и США, которые европейцы, похоже, стараются облегчить. В этом процессе Европе было бы хорошо игнорировать шумиху по поводу встречи президентов двух стран. Подходят другие высокопоставленные чиновники, и они могут встречаться в различных двусторонних или многосторонних рамках. Остальные подписанты JCPOA — Китай, Франция, Германия, Россия, Великобритания и ЕС — хотят спасти хоть что-то от соглашения 2015 года, как показала встреча в Вене на эту тему в июле. Но дипломатическое урегулирование напряженности между Ираном и США также потребует участия соседей Ирана. Другие идеи для ослабления напряженности также на столе. Например, президент Франции Эммануэль Maкрон уже предложил кредитную линию в размере $15 млрд Ирану, который помог бы компенсировать выпадающие доходы от нефти. Были также предложены различные планы переговоров по региональной безопасности. Такие усилия дают основания для надежды. Но ситуация становится все более ненадежной, и она может стать намного хуже — потенциально привести к прямой конфронтации между США и Ираном прежде, чем дипломатия сможет что-либо сделать. ••• Следователь-маньяк стал героем видеоблога

Цитирование статьи, картинки - фото скриншот - Rambler News Service.

Иллюстрация к статье - Яндекс. Картинки.

Есть вопросы. Напишите нам.

Общие правила поведения на сайте.