НАТО выйти: чем обернется для альянса ссора с Турцией - «Армия»

Добавлено 26-окт-2019, 16:40 От Spencer

«Вы с нами или с террористами?» С таким вопросом президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган обратился к главам стран-членов НАТО, не дождавшись от них поддержки операции «Источник мира». У Анкары накопилось немало претензий к союзникам по Североатлантическому альянсу. Дошло даже до того, что начались разговоры о возможном выходе Турции из блока. Прецеденты в истории НАТО были: в 1966 году Франция покинула военные структуры альянса (в политической организации Париж остался, а в военную вернулся в 2009-м), а в 1974-м из НАТО вышла Греция, вернувшись в блок лишь через семь лет. Если Турция действительно решится на такой шаг, как это отразится на боеспособности НАТО?
Вторая армия
Военный потенциал Анкары весьма значителен. Занимая шестое место в НАТО по размеру экономики (после США, Германии, Британии, Франции и Италии), Турция имеет вооруженные силы, уступающие по численности лишь американским (около 360 тысяч человек без учета прочих силовых структур, военизированных формирований и резерва), третий после США и Франции парк военной авиации (свыше 1000 летательных аппаратов), второй по численности танковый парк, мощный флот, развитую промышленность и прочие атрибуты серьезной военной державы.
Боевые возможности Турции дополнительно подкрепляются ее уникальным географическим положением: она единственная страна альянса, имеющая территории и в Европе, и в Азии. Западные стратеги рассматривали Турцию в составе НАТО, как естественного соперника СССР/России на южном фронте, оттягивающего на себя значительные русские силы и блокирующего возможное распространение российского влияния в средиземноморском регионе. Это положение Турции обеспечивало ей особое внимание со стороны лидеров альянса во второй половине XX века, точно так же, как и Османской империи со стороны Франции и Великобритании в XVIII-XIX веках.
Членство в НАТО и поддержка со стороны Америки и Германии позволили Турции добиться значительного прогресса в военной и военно-промышленной сферах. А соседство с одним из наиболее конфликтных регионов планеты — Ближним востоком — обусловило сохранение турецкой военной мощи после распада СССР, когда практически все члены НАТО, не исключая и США, серьезно урезали оборонные расходы. Турецкие вооруженные силы тоже численно сократились, однако в относительных величинах Турция к концу 1990-х заняла устойчивое второе место в альянсе по общему военному потенциалу, если не считать ядерных сил, которыми располагают, помимо США, Франция и Великобритания.
В этом году оборонный бюджет Турции превышает $22 млрд Больше нее на оборонные нужды в НАТО тратят лишь США, Британия, Франция, Германия, Италия и Канада. Если же судить по относительны расходам, то Анкара выбивается в лидеры, выделяя на оборону около 3% ВВП. Турция закупает за рубежом оружия в среднем на $1,3 млрд в год, при этом ее экспорт оружия иногда превышает эту цифру.
В значительной мере турецкое внимание к собственной военной мощи объяснялось напряженными отношениями с Грецией: «худой мир» между двумя странами — членами НАТО неоднократно взрывался различными инцидентами, крупнейшим из которых остается турецкое вторжение на Кипр в 1974 году. Противостояние с Афинами во многом обуславливает расположение турецких вооруженных сил в мирное время — «центр тяжести» базирования сухопутных войск приходится на запад страны. В случае с ВВС этот перекос так же присутствует, хоть и менее выражено.
Тем не менее, наиболее масштабные военные операции вооруженных сил Турции в период после распада СССР проводились на востоке — как внутри страны, так и за ее пределами — на территориях Сирии и Ирака. Противник во всех этих случаях был в основном один и тот же — курдские ополченцы.
Если оценивать возможности турецких вооруженных сил в целом, то можно сказать, что в настоящее время Турция находится в процессе «фазового перехода» — из состояния страны третьего мира, чья армия хоть и сильна, но использует в основном оружие иностранного производства, в состояние развитого государства, выпускающего широкую номенклатуру вооружения и импортирующего наиболее сложные его образцы, а так же ключевые узлы и агрегаты — такие, как авиационные двигатели, зенитные ракетные системы и т.п.
Несмотря на все успехи турецкой промышленности, этот переход пока далек от завершения, и ввод санкций на поставку Турции вооружений и военной техники ставит Анкару в неудобное положение. Ситуация требует ускоренного развития собственной военной промышленности, но для этого Анкаре понадобятся новые стратегические партнеры, поскольку союзники по НАТО использовали зависимость Турции в этом вопросе для давления на нее.
Вероятные потери
Диверсификация военно-технического сотрудничества (а в ряде случаев и полная переориентация на иных поставщиков) в этих условиях практически неизбежна. Тем более, что первые ограничения на поставку вооружений Турции были введены после того, как она объявила о намерении купить у России С-400.
Как уже было сказано, Анкара — серьезный импортер оружия и военной техники. Почти полтора миллиарда долларов — значительная сумма. Но на фоне общего объема военного экспорта лидеров НАТО эта цифра не выглядит столь впечатляющей. Если Турции перестанет покупать оружие у стран-членов НАТО, это не обернется для них катастрофой.
Гораздо более чувствительным следствием разрыва отношений станет утрата альянсом возможности использовать территории Турции, как плацдарма для действий на Ближнем Востоке, и противодействия России.
С точки зрения стратегического баланса сил, будет иметь значение обсуждаемый уже сейчас гипотетический вывод из Турции американского ядерного оружия — нескольких десятков тактических боеприпасов, хранящихся на авиабазе Инджирлик. Эта потеря будет скорее символической, но сегодня символы играют очень важную роль. Вывоз тактических ядерных боеприпасов из Турции никак не повлияет на обороноспособность США, однако неизбежно будет воспринят как поражение Вашингтона. В конце концов, американское ядерное оружие осталось в Турции даже после Карибского кризиса, хотя развернутые там ракеты и пришлось убрать.
Наиболее существенной потерей для НАТО станут ВВС Турции. Анкара традиционно уделяет повышенное внимание боевым качествам ВВС, имеющим, помимо сильного боевого крыла так же существенный парк транспортных, вспомогательных и специальных машин, что сегодня является необходимым элементом развитой военной авиации.
Почему российский ЗРК С-400 оказался для Турции важнее американского самолета F-35
Анкара считалась одним из главных партнеров Вашингтона в НАТО по программе истребителя пятого поколения F-35. На территории Турции налаживалось производство некоторых комплектующих для этой машины (для всех самолетов, а не только для планировавшихся к поставке в турецкие ВВС), и предполагалось создать главный центр ремонта и обслуживания двигателей для F-35 ВВС европейских стран-членов альянса. Наконец, планировавшаяся покупка 98 этих самолетов для ВВС Турции, с учетом поставок вооружения, должна была в следующем десятилетии существенно повысить ежегодные расходы турецкого бюджета на импорт вооружений.
Пока сложно говорить о том, как станет действовать Анкара, после того, как американцы отказались продавать ей F-35. Но, если учесть, что санкции против Турции ввели еще и европейские страны, то получается, что единственным вариантом для нее остаются возможные контракты с Россией и/или КНР. Россия выглядит предпочтительнее, поскольку сам Китай до сих пор продолжает покупать у нее ряд комплектующих для своих боевых самолетов.
В пользу России говорит и наличие у нее особого опыта: Москва и Дели, начав с контракта на покупку истребителей типа Су-30, со временем пришли к тому, что эти машины начали собирать, а затем и производить в Индии.
Если такой контракт будет подписан Анкарой с Москвой или Пекином, это будет иметь не меньшее символическое значение, чем возможный вывод ядерных боеприпасов США с Инджирлика.
Впрочем, главной потерей для НАТО в случае выхода Турции станет не потеря авиационных контрактов или возможности использовать Инджирлик. Основной ущерб будет имиджевым. Подтверждение получит тезис, согласно которому члены альянса вовсе не равны и интересы лидеров блока значат куда больше, чем остальным государств. Попытка Турции проводить самостоятельную политику близ своих границ уже привела к существенному охлаждению отношений между Анкарой и лидерами НАТО, а если эта история закончится выходом Турции из альянса, то данный изъян политической конструкции будет очевиден для всех.

«Вы с нами или с террористами?» С таким вопросом президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган обратился к главам стран-членов НАТО, не дождавшись от них поддержки операции «Источник мира». У Анкары накопилось немало претензий к союзникам по Североатлантическому альянсу. Дошло даже до того, что начались разговоры о возможном выходе Турции из блока. Прецеденты в истории НАТО были: в 1966 году Франция покинула военные структуры альянса (в политической организации Париж остался, а в военную вернулся в 2009-м), а в 1974-м из НАТО вышла Греция, вернувшись в блок лишь через семь лет. Если Турция действительно решится на такой шаг, как это отразится на боеспособности НАТО? Вторая армия Военный потенциал Анкары весьма значителен. Занимая шестое место в НАТО по размеру экономики (после США, Германии, Британии, Франции и Италии), Турция имеет вооруженные силы, уступающие по численности лишь американским (около 360 тысяч человек без учета прочих силовых структур, военизированных формирований и резерва), третий после США и Франции парк военной авиации (свыше 1000 летательных аппаратов), второй по численности танковый парк, мощный флот, развитую промышленность и прочие атрибуты серьезной военной державы. Боевые возможности Турции дополнительно подкрепляются ее уникальным географическим положением: она единственная страна альянса, имеющая территории и в Европе, и в Азии. Западные стратеги рассматривали Турцию в составе НАТО, как естественного соперника СССР/России на южном фронте, оттягивающего на себя значительные русские силы и блокирующего возможное распространение российского влияния в средиземноморском регионе. Это положение Турции обеспечивало ей особое внимание со стороны лидеров альянса во второй половине XX века, точно так же, как и Османской империи со стороны Франции и Великобритании в XVIII-XIX веках. Членство в НАТО и поддержка со стороны Америки и Германии позволили Турции добиться значительного прогресса в военной и военно-промышленной сферах. А соседство с одним из наиболее конфликтных регионов планеты — Ближним востоком — обусловило сохранение турецкой военной мощи после распада СССР, когда практически все члены НАТО, не исключая и США, серьезно урезали оборонные расходы. Турецкие вооруженные силы тоже численно сократились, однако в относительных величинах Турция к концу 1990-х заняла устойчивое второе место в альянсе по общему военному потенциалу, если не считать ядерных сил, которыми располагают, помимо США, Франция и Великобритания. В этом году оборонный бюджет Турции превышает $22 млрд Больше нее на оборонные нужды в НАТО тратят лишь США, Британия, Франция, Германия, Италия и Канада. Если же судить по относительны расходам, то Анкара выбивается в лидеры, выделяя на оборону около 3% ВВП. Турция закупает за рубежом оружия в среднем на $1,3 млрд в год, при этом ее экспорт оружия иногда превышает эту цифру. В значительной мере турецкое внимание к собственной военной мощи объяснялось напряженными отношениями с Грецией: «худой мир» между двумя странами — членами НАТО неоднократно взрывался различными инцидентами, крупнейшим из которых остается турецкое вторжение на Кипр в 1974 году. Противостояние с Афинами во многом обуславливает расположение турецких вооруженных сил в мирное время — «центр тяжести» базирования сухопутных войск приходится на запад страны. В случае с ВВС этот перекос так же присутствует, хоть и менее выражено. Тем не менее, наиболее масштабные военные операции вооруженных сил Турции в период после распада СССР проводились на востоке — как внутри страны, так и за ее пределами — на территориях Сирии и Ирака. Противник во всех этих случаях был в основном один и тот же — курдские ополченцы. Если оценивать возможности турецких вооруженных сил в целом, то можно сказать, что в настоящее время Турция находится в процессе «фазового перехода» — из состояния страны третьего мира, чья армия хоть и сильна, но использует в основном оружие иностранного производства, в состояние развитого государства, выпускающего широкую номенклатуру вооружения и импортирующего наиболее сложные его образцы, а так же ключевые узлы и агрегаты — такие, как авиационные двигатели, зенитные ракетные системы и т.п. Несмотря на все успехи турецкой промышленности, этот переход пока далек от завершения, и ввод санкций на поставку Турции вооружений и военной техники ставит Анкару в неудобное положение. Ситуация требует ускоренного развития собственной военной промышленности, но для этого Анкаре понадобятся новые стратегические партнеры, поскольку союзники по НАТО использовали зависимость Турции в этом вопросе для давления на нее. Вероятные потери Диверсификация военно-технического сотрудничества (а в ряде случаев и полная переориентация на иных поставщиков) в этих условиях практически неизбежна. Тем более, что первые ограничения на поставку вооружений Турции были введены после того, как она объявила о намерении купить у России С-400. Как уже было сказано, Анкара — серьезный импортер оружия и военной техники. Почти полтора миллиарда долларов — значительная сумма. Но на фоне общего объема военного экспорта лидеров НАТО эта цифра не выглядит столь впечатляющей. Если Турции перестанет покупать оружие у стран-членов НАТО, это не обернется для них катастрофой. Гораздо более чувствительным следствием разрыва отношений станет утрата альянсом возможности использовать территории Турции, как плацдарма для действий на Ближнем Востоке, и противодействия России. С точки зрения стратегического баланса сил, будет иметь значение обсуждаемый уже сейчас гипотетический вывод из Турции американского ядерного оружия — нескольких десятков тактических боеприпасов, хранящихся на авиабазе Инджирлик. Эта потеря будет скорее символической, но сегодня символы играют очень важную роль. Вывоз тактических ядерных боеприпасов из Турции никак не повлияет на обороноспособность США, однако неизбежно будет воспринят как поражение Вашингтона. В конце концов, американское ядерное оружие осталось в Турции даже после Карибского кризиса, хотя развернутые там ракеты и пришлось убрать. Наиболее существенной потерей для НАТО станут ВВС Турции. Анкара традиционно уделяет повышенное внимание боевым качествам ВВС, имеющим, помимо сильного боевого крыла так же существенный парк транспортных, вспомогательных и специальных машин, что сегодня является необходимым элементом развитой военной авиации. Почему российский ЗРК С-400 оказался для Турции важнее американского самолета F-35 Анкара считалась одним из главных партнеров Вашингтона в НАТО по программе истребителя пятого поколения F-35. На территории Турции налаживалось производство некоторых комплектующих для этой машины (для всех самолетов, а не только для планировавшихся к поставке в турецкие ВВС), и предполагалось создать главный центр ремонта и обслуживания двигателей для F-35 ВВС европейских стран-членов альянса. Наконец, планировавшаяся покупка 98 этих самолетов для ВВС Турции, с учетом поставок вооружения, должна была в следующем десятилетии существенно повысить ежегодные расходы турецкого бюджета на импорт вооружений. Пока сложно говорить о том, как станет действовать Анкара, после того, как американцы отказались продавать ей F-35. Но, если учесть, что санкции против Турции ввели еще и европейские страны, то получается, что единственным вариантом для нее остаются возможные контракты с Россией и/или КНР. Россия выглядит предпочтительнее, поскольку сам Китай до сих пор продолжает покупать у нее ряд комплектующих для своих боевых самолетов. В пользу России говорит и наличие у нее особого опыта: Москва и Дели, начав с контракта на покупку истребителей типа Су-30, со временем пришли к тому, что эти машины начали собирать, а затем и производить в Индии. Если такой контракт будет подписан Анкарой с Москвой или Пекином, это будет иметь не меньшее символическое значение, чем возможный вывод ядерных боеприпасов США с Инджирлика. Впрочем, главной потерей для НАТО в случае выхода Турции станет не потеря авиационных контрактов или возможности использовать Инджирлик. Основной ущерб будет имиджевым. Подтверждение получит тезис, согласно которому члены альянса вовсе не равны и интересы лидеров блока значат куда больше, чем остальным государств. Попытка Турции проводить самостоятельную политику близ своих границ уже привела к существенному охлаждению отношений между Анкарой и лидерами НАТО, а если эта история закончится выходом Турции из альянса, то данный изъян политической конструкции будет очевиден для всех.

Цитирование статьи, картинки - фото скриншот - Rambler News Service.

Иллюстрация к статье - Яндекс. Картинки.

Есть вопросы. Напишите нам.

Общие правила поведения на сайте.