США развязали мировую нефтяную войну: что будет с ценами - «Экономика»

Добавлено 18-янв-2026, 11:15 От Елена

2026-й год только начался, а нефтяной рынок встряхнуло сразу несколько громких геополитических событий. Насильственная смена власти в Венесуэле и захват американцами танкеров Боливарианской республики сократили поставки «черного золота» на мировые торговые площадки. В то же время упал экспорт сырья из Ирана, что стало следствием попыток Вашингтона вмешаться во внутренние дела Тегерана. В результате котировки Brent, в конце декабря едва доходившие до $60, вышли в район $64-66. Не исключено, что глобальная конфронтация продолжит оказывать давление на стоимость углеводородов до середины весны и только затем ценовая конъюнктура вновь станет определяться торгово-экономическими факторами.
В середине января ВМФ США взяли на абордаж шестой по счету танкер, связанный с экспортом нефти из Венесуэлы. Как сообщает Reuters, американские военные объяснили свои действия тем, что перевозка «черного золота» осуществлялась «в обход карантина, установленного Трампом», и в дальнейшем поставки углеводородов из Болтварианской республики будут проводиться «надлежащим образом».
Новые правила продажи венесуэльской нефти понятны: сделки начнут проходить под контролем Белого Дома — Вашингтон уже предложил купить захваченные партии сырья Китаю, Индии и даже России. Тем не менее, действия американцев в регионе уже привели к снижению экспорта нефти из Венесуэлы почти на две трети.
Угроза сокращения зарубежных поставок сырья нависла и над иранской добывающей отраслью. Вашингтон все еще колеблется между дипломатическими переговорами с Тегераном и нанесением ударов по исламскому государству. Хотя Трамп и заявил, что «сам себя убедил не бомбить Иран», Пентагон постепенно концентрирует мощную ударную группу на Ближнем Востоке. В частности, в зону эскалации, сообщает британский телеканал Sky News, перебрасывается авианосец Abraham Lincoln, задачей которого станет не только охрана американского контингента, но и возможный обстрел иранских объектов.
Не удивительно, что геополитические события в последние дни стали главным фактором влияния на мировой нефтяной рынок. За две недели нового года баррель Brent подорожал примерно на 10% — с $60 до $65-66. Впрочем, стоимость энергоресурсов на биржах пока крайне неустойчива и дальнейшее ценообразование, скорее всего, ознаменуется новыми скачками, котировок.
Когда глобальная конфронтация прекратит давить на стоимость углеводородов и ценовая конъюнктура нефти вновь начнет определяться фундаментальными экономическими факторами? Об этом «МК» рассказали руководитель практики по международному бизнесу и финансам, партнер 5D Consulting Михаил Никитин и аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов.
— Надолго ли геополитика останется главным рычагом влияния на нефтяные котировки?
Никитин:
— Пока в игре остается «фактор Трампа», нефтяная конъюнктура будет медленно возвращаться к спокойной логике спроса-предложения — по крайней мере до тех пор, пока американский президент не добьется своих локальных целей и желаний. Это означает, что сама нервозность вокруг Венесуэлы и Ирана способна поддерживать волатильность. Как следствие, давление на рынок будет держаться дольше, чем обычно. Сколько именно — никто не может сказать с уверенностью. История с Ираном особенно тяжелая для прогнозов, поскольку существуют колебания между жесткой линией поведения сторон и переговорами, на которых каждый новый раунд может резко менять картину.
Чернов:
— В настоящее время геополитические события влияют на нефтяные цены в качестве «премии за риск», а не через создание фундаментального баланса. Действия США в отношении Венесуэлы привели к снижению отгрузок сырья из страны примерно до половины от нормального уровня. В Иране на фоне усиления санкционного давления добыча снизилась на 100 тыс. баррелей в сутки.
Если сложить эти показатели, то получится временный минус в 0,4-0,6 млн Это меньше ожидаемого профицита на 2026 год, который крупные банки оценивают в 2,3 млн, а Международное энергетическое агентство — в 1 млн баррелей в сутки. Как показывает практика, геополитическое давление на сырьевые цены обычно сохраняется несколько недель и реже — до 2-3 месяцев. Дальше все упирается в запасы сырья и решения ОПЕК+ относительно объемов производства.
— Какой итоговый расклад окажется на руку России?
Никитин:
— Для России в этой конструкции есть неочевидный плюс: чем выше волатильность и чем больше у рынка «пожаров» в разных точках планеты, тем меньше у Запада сил, внимания и ресурсов на выверенное, системное отслеживание санкционных режимов российской нефти. В такие периоды прагматика у покупателей обычно выходит на первый план: важно не идеальное соблюдение чьих-то политических установок, а возможность физически получить продукт, довезти его и поддержать свою экономику. В условиях высокой мировой турбулентности России зачастую проще продавать энергоресурсы. Отдельный бонус — волатильность все чаще подталкивает цены вверх: премия за риск встраивается в котировки, а рынок начинает платить за неопределенность.
Чернов:
— России выгоден расклад, при котором Brent держится на уровне хотя бы в $70-80 и дисконт Urals не увеличивается. Если напряженность вокруг Ирана уйдет в переговорную форму, рынок быстро возвратится к фундаментальным факторам формирования котировок. Свидетельством тому служат последние новости: заявление Трампа о возможной деэскалации конфликта вокруг Ирана немного «остудило» цены на нефть. Скорее всего, фундаментальные факторы снова будут доминировать на сырьевом рынке, ориентировочно через 4-8 недель.
— На 1 февраля намечены встреча восьми крупнейших производителей ОПЕК+ и заседание мониторингового комитета альянса. Какие решения могут быть приняты на этих переговорах с учетом событий вокруг Венесуэлы и Ирана?
Никитин:
— На фоне геополитических событий намеченная по графику работа участников ОПЕК+ выглядят как попытка вернуть рынку ощущение «пульта управления» и традиционных рамок. США стремятся максимально контролировать мировой нефтяной сектор — если не единолично все решать, то как минимум играть лидирующую роль в связке с ОПЕК. Сам альянс никуда не денется и будет стабильно присутствовать на рынке, который предполагает множество факторов влияния и огромное количество игроков со своими интересами. Без координации рынок и, соответственно, цены будет штормить все сильнее.
Альянс ОПЕК+ не способен полностью подавить «фактор Трампа», но в силах сгладить ситуацию. В практическом смысле это означает, что решения, которые будут обсуждаться 1 февраля, скорее направлены на стабилизацию и управление ожиданиями, чем на попытку «перебить» геополитику. Пока на рынке доминируют политические сигналы, роль ОПЕК+ в формировании ценовой погоды сохранится, хотя и в режиме «стабилизатора», а не единственного дирижера.
Чернов:
— Базовый вариант решения ОПЕК+ основан на ноябрьских формулировках — альянс постарается удержать паузу по наращиванию добычи в I квартале 2026 года и подчеркнет готовность гибко возвращать на рынок часть 1,65 млн баррелей в сутки добровольных ограничений, если такие действия позволяет баланс спроса -предложения.
Если поставки из Венесуэлы ограничены, а добывающая отрасль Ирана находится под угрозой удара американских военных, участникам ОПЕК+ проще не добавлять на рынок дополнительные объемы сырья, сохраняя при этом управляемость своим производством.
Для стоимости нефти такой расклад означает лишь ограниченную поддержку. Спрос на «черное золото», по прогнозу ОПЕК, в 2026 году вырастет примерно на 1,38 млн баррелей в сутки, то есть не настолько сильно, чтобы легко «переварить» большие объемы без «просадки» котировок. Роль ОПЕК+ в будущем сохранится, потому что именно участники альянса управляют самой большой «кнопкой» в виде добровольного сокращения поставок и графика возврата этих объемов обратно на рынок.
— ЕС с февраля снизит предельную стоимость российской нефти, на которую не распространяются ограничения, с $47,6 до $44,1. Станет ли очередное изменение потолка цен (price cap) поводом для увеличения дисконта на Urals и можно ли ожидать снижения скидок на российскую нефть?
Никитин:
— Снижение ценового «потолка» на российскую нефть психологически может подтолкнуть рынок к переоценке рисков при покупке наших углеводородов. Однако ключевым звеном в этой ситуации остается тот факт, что фактически Urals уже несколько месяцев продается ниже западных предельных отметок — со скидкой, которая, по оценке агентства Argus, доходит до $26,5 к Brent. Поэтому диапазон в $32,5-37,5 за баррель уже сейчас отражает реальность сделок. В связи с этим «автоматическое» расширение дисконта не окажется механическим: когда цена и так живет ниже «потолка», рынок реагирует не на цифру в документе, а на практику исполнения и на способность обеспечивать логистику и расчеты.
Чернов:
— Еврокомиссия ввела плавающий механизм в отношении российской нефти: «потолок» равен средней цене Urals минус 15%. Новый price cap в $44,1 не обязан механически расширить дисконт. Скидки формируют не директивы ЕС, а логистика, фрахт, страхование, риски вторичных санкций и аппетиты Индии и Китая. В декабре скидки в российских западных портах доходили до $26,45-28,2 за баррель. Риск расширения дисконта возникнет, если усилится давление на флот и расчеты. Если давления не будет, скидки могут сузиться, но не обнулиться. Я бы закладывал коридор по сокращению дисконта на $5-10 за баррель в течение 6-12 месяцев при двух условиях: стабильный фрахт и отсутствие новых ограничений по сервисам и страховке.
— По расчетам Минэкономразвития, цена Urals для целей налогообложения с декабря прошлого года составляет $39,18 за баррель. Другими словами, отечественные профильные чиновники не верят в рост экспортной стоимости нашего сырья?
Никитин:
— Логика профильных чиновников должна опираться не на веру в высокие цены, а на дисциплину расчетов: лучше стоит заложить долгосрочную годовую цену, ниже которой экспортная стоимость Urals вряд ли опустится, и держать запас прочности. Повышение этого параметра может произойти не раньше второго полугодия, когда появится больше фактуры по рынку и станет понятнее, насколько сильным будет эффект общей волатильности и насколько устойчивыми окажутся каналы сбыта.
Чернов:
— По налоговой базе Минэкономразвития стоимость Urals для НДПИ за декабрь 2025 года зафиксирована на уровне в $39,18. При этом бюджет на 2026 год строился из расчета средней индикативной цены около $59, то есть внутри блока экономического планирования явно есть ставка на более дорогую нефть и более узкий дисконт.
— Есть ли риски того, что европейцы воспользуются «венесуэльским прецедентом» и начнут тормозить или даже захватывать танкеры с российской нефтью или каким-то другим образом активизируют борьбу с нашим теневым флотом?
Никитин:
— Тревоги связаны не столько с «венесуэльским» прецедентом, сколько с тем, что нарушено много правил, на которых держится мировая морская торговля. Если подобные действия начнут повторяться и станут системными, то это превратится в серьезное препятствие для экспорта и будет отпугивать, в том числе и покупателей российской нефти риском самой сделки — риском доставки и потери груза. Этот сценарий для рынка опаснее любых колебаний котировок: когда вопрос стоит не «по какой цене», а «доедет ли вообще». На фоне всех прочих новостей вокруг Венесуэлы именно этот блок вопросов выглядит наиболее неопределенным и потенциально болезненным.
Чернов:
— Риски ужесточения борьбы с российским «теневым флотом», в частности на Балтике, остаются, но их формат будет предполагать не «абордаж в нейтральных водах», а юридические проволочки. В том числе ограничения перевозок через санкционные списки конкретных бортов, отсутствие флага, проверку на экологию и безопасность, задержание в территориальных водах и проливах, точечные меры отдельных стран.
Прецеденты уже были, например, Эстония задержала наш танкер из санкционного списка из-за проблем с флагом. Германия публично обещала ввести собственные дополнительные меры против «теневого флота» в Балтийском и Северном морях. Параллельно в ЕС обсуждались идеи уйти от «потолка» цен к более жесткому запрету морских сервисов, что как раз серьезно ударит по перевозкам нефти из России без необходимости применения силовых действий в открытых водах.
Поэтому главный риск для российских поставок на 2026 год — не единичные захваты, а рост издержек и задержек, то есть расширение дисконта и снижение бюджетной цены Urals, даже если стоимость Brent не будет падать.

2026-й год только начался, а нефтяной рынок встряхнуло сразу несколько громких геополитических событий. Насильственная смена власти в Венесуэле и захват американцами танкеров Боливарианской республики сократили поставки «черного золота» на мировые торговые площадки. В то же время упал экспорт сырья из Ирана, что стало следствием попыток Вашингтона вмешаться во внутренние дела Тегерана. В результате котировки Brent, в конце декабря едва доходившие до $60, вышли в район $64-66. Не исключено, что глобальная конфронтация продолжит оказывать давление на стоимость углеводородов до середины весны и только затем ценовая конъюнктура вновь станет определяться торгово-экономическими факторами. В середине января ВМФ США взяли на абордаж шестой по счету танкер, связанный с экспортом нефти из Венесуэлы. Как сообщает Reuters, американские военные объяснили свои действия тем, что перевозка «черного золота» осуществлялась «в обход карантина, установленного Трампом», и в дальнейшем поставки углеводородов из Болтварианской республики будут проводиться «надлежащим образом». Новые правила продажи венесуэльской нефти понятны: сделки начнут проходить под контролем Белого Дома — Вашингтон уже предложил купить захваченные партии сырья Китаю, Индии и даже России. Тем не менее, действия американцев в регионе уже привели к снижению экспорта нефти из Венесуэлы почти на две трети. Угроза сокращения зарубежных поставок сырья нависла и над иранской добывающей отраслью. Вашингтон все еще колеблется между дипломатическими переговорами с Тегераном и нанесением ударов по исламскому государству. Хотя Трамп и заявил, что «сам себя убедил не бомбить Иран», Пентагон постепенно концентрирует мощную ударную группу на Ближнем Востоке. В частности, в зону эскалации, сообщает британский телеканал Sky News, перебрасывается авианосец Abraham Lincoln, задачей которого станет не только охрана американского контингента, но и возможный обстрел иранских объектов. Не удивительно, что геополитические события в последние дни стали главным фактором влияния на мировой нефтяной рынок. За две недели нового года баррель Brent подорожал примерно на 10% — с $60 до $65-66. Впрочем, стоимость энергоресурсов на биржах пока крайне неустойчива и дальнейшее ценообразование, скорее всего, ознаменуется новыми скачками, котировок. Когда глобальная конфронтация прекратит давить на стоимость углеводородов и ценовая конъюнктура нефти вновь начнет определяться фундаментальными экономическими факторами? Об этом «МК» рассказали руководитель практики по международному бизнесу и финансам, партнер 5D Consulting Михаил Никитин и аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов. — Надолго ли геополитика останется главным рычагом влияния на нефтяные котировки? Никитин: — Пока в игре остается «фактор Трампа», нефтяная конъюнктура будет медленно возвращаться к спокойной логике спроса-предложения — по крайней мере до тех пор, пока американский президент не добьется своих локальных целей и желаний. Это означает, что сама нервозность вокруг Венесуэлы и Ирана способна поддерживать волатильность. Как следствие, давление на рынок будет держаться дольше, чем обычно. Сколько именно — никто не может сказать с уверенностью. История с Ираном особенно тяжелая для прогнозов, поскольку существуют колебания между жесткой линией поведения сторон и переговорами, на которых каждый новый раунд может резко менять картину. Чернов: — В настоящее время геополитические события влияют на нефтяные цены в качестве «премии за риск», а не через создание фундаментального баланса. Действия США в отношении Венесуэлы привели к снижению отгрузок сырья из страны примерно до половины от нормального уровня. В Иране на фоне усиления санкционного давления добыча снизилась на 100 тыс. баррелей в сутки. Если сложить эти показатели, то получится временный минус в 0,4-0,6 млн Это меньше ожидаемого профицита на 2026 год, который крупные банки оценивают в 2,3 млн, а Международное энергетическое агентство — в 1 млн баррелей в сутки. Как показывает практика, геополитическое давление на сырьевые цены обычно сохраняется несколько недель и реже — до 2-3 месяцев. Дальше все упирается в запасы сырья и решения ОПЕК относительно объемов производства. — Какой итоговый расклад окажется на руку России? Никитин: — Для России в этой конструкции есть неочевидный плюс: чем выше волатильность и чем больше у рынка «пожаров» в разных точках планеты, тем меньше у Запада сил, внимания и ресурсов на выверенное, системное отслеживание санкционных режимов российской нефти. В такие периоды прагматика у покупателей обычно выходит на первый план: важно не идеальное соблюдение чьих-то политических установок, а возможность физически получить продукт, довезти его и поддержать свою экономику. В условиях высокой мировой турбулентности России зачастую проще продавать энергоресурсы. Отдельный бонус — волатильность все чаще подталкивает цены вверх: премия за риск встраивается в котировки, а рынок начинает платить за неопределенность. Чернов: — России выгоден расклад, при котором Brent держится на уровне хотя бы в $70-80 и дисконт Urals не увеличивается. Если напряженность вокруг Ирана уйдет в переговорную форму, рынок быстро возвратится к фундаментальным факторам формирования котировок. Свидетельством тому служат последние новости: заявление Трампа о возможной деэскалации конфликта вокруг Ирана немного «остудило» цены на нефть. Скорее всего, фундаментальные факторы снова будут доминировать на сырьевом рынке, ориентировочно через 4-8 недель. — На 1 февраля намечены встреча восьми крупнейших производителей ОПЕК и заседание мониторингового комитета альянса. Какие решения могут быть приняты на этих переговорах с учетом событий вокруг Венесуэлы и Ирана? Никитин: — На фоне геополитических событий намеченная по графику работа участников ОПЕК выглядят как попытка вернуть рынку ощущение «пульта управления» и традиционных рамок. США стремятся максимально контролировать мировой нефтяной сектор — если не единолично все решать, то как минимум играть лидирующую роль в связке с ОПЕК. Сам альянс никуда не денется и будет стабильно присутствовать на рынке, который предполагает множество факторов влияния и огромное количество игроков со своими интересами. Без координации рынок и, соответственно, цены будет штормить все сильнее. Альянс ОПЕК не способен полностью подавить «фактор Трампа», но в силах сгладить ситуацию. В практическом смысле это означает, что решения, которые будут обсуждаться 1 февраля, скорее направлены на стабилизацию и управление ожиданиями, чем на попытку «перебить» геополитику. Пока на рынке доминируют политические сигналы, роль ОПЕК в формировании ценовой погоды сохранится, хотя и в режиме «стабилизатора», а не единственного дирижера. Чернов: — Базовый вариант решения ОПЕК основан на ноябрьских формулировках — альянс постарается удержать паузу по наращиванию добычи в I квартале 2026 года и подчеркнет готовность гибко возвращать на рынок часть 1,65 млн баррелей в сутки добровольных ограничений, если такие действия позволяет баланс спроса -предложения. Если поставки из Венесуэлы ограничены, а добывающая отрасль Ирана находится под угрозой удара американских военных, участникам ОПЕК проще не добавлять на рынок дополнительные объемы сырья, сохраняя при этом управляемость своим производством. Для стоимости нефти такой расклад означает лишь ограниченную поддержку. Спрос на «черное золото», по прогнозу ОПЕК, в 2026 году вырастет примерно на 1,38 млн баррелей в сутки, то есть не настолько сильно, чтобы легко «переварить» большие объемы без «просадки» котировок. Роль ОПЕК в будущем сохранится, потому что именно участники альянса управляют самой большой «кнопкой» в виде добровольного сокращения поставок и графика возврата этих объемов обратно на рынок. — ЕС с февраля снизит предельную стоимость российской нефти, на которую не распространяются ограничения, с $47,6 до $44,1. Станет ли очередное изменение потолка цен (price cap) поводом для увеличения дисконта на Urals и можно ли ожидать снижения скидок на российскую нефть? Никитин: — Снижение ценового «потолка» на российскую нефть психологически может подтолкнуть рынок к переоценке рисков при покупке наших углеводородов. Однако ключевым звеном в этой ситуации остается тот факт, что фактически Urals уже несколько месяцев продается ниже западных предельных отметок — со скидкой, которая, по оценке агентства Argus, доходит до $26,5 к Brent. Поэтому диапазон в $32,5-37,5 за баррель уже сейчас отражает реальность сделок. В связи с этим «автоматическое» расширение дисконта не окажется механическим: когда цена и так живет ниже «потолка», рынок реагирует не на цифру в документе, а на практику исполнения и на способность обеспечивать логистику и расчеты. Чернов: — Еврокомиссия ввела плавающий механизм в отношении российской нефти: «потолок» равен средней цене Urals минус 15%. Новый price cap в $44,1 не обязан механически расширить дисконт. Скидки формируют не директивы ЕС, а логистика, фрахт, страхование, риски вторичных санкций и аппетиты Индии и Китая. В декабре скидки в российских западных портах доходили до $26,45-28,2 за баррель. Риск расширения дисконта возникнет, если усилится давление на флот и расчеты. Если давления не будет, скидки могут сузиться, но не обнулиться. Я бы закладывал коридор по сокращению дисконта на $5-10 за баррель в течение 6-12 месяцев при двух условиях: стабильный фрахт и отсутствие новых ограничений по сервисам и страховке. — По расчетам Минэкономразвития, цена Urals для целей налогообложения с декабря прошлого года составляет $39,18 за баррель. Другими словами, отечественные профильные чиновники не верят в рост экспортной стоимости нашего сырья? Никитин: — Логика профильных чиновников должна опираться не на веру в высокие цены, а на дисциплину расчетов: лучше стоит заложить долгосрочную годовую цену, ниже которой экспортная стоимость Urals вряд ли опустится, и держать запас прочности. Повышение этого параметра может произойти не раньше второго полугодия, когда появится больше фактуры по рынку и станет

Цитирование статьи, картинки - фото скриншот - Rambler News Service.

Иллюстрация к статье - Яндекс. Картинки.

Есть вопросы. Напишите нам.

Общие правила поведения на сайте.